Archive for 'Статьи на русском'

БЛЕСТЯЩЕЕ ЗАВЕРШЕНИЕ МУЗЫКАЛЬНОЙ ОСЕНИ X Ереванский международный музыкальный фестиваль

November 30th, 2016
by
under Статьи на русском.
No Comments.

Концертным исполнением оперы “Риголетто” Верди Филармонический оркестр Армении под управлением Эдуарда Топчяна в Большом зале филармонии им. А.Хачатуряна завершил свое самое важное событие сезона: X юбилейный международный фестиваль классической музыки. В концерте приняли участие заслуженный коллектив – Армянский национальный академический хор – и солисты. Режиссер-постановщик – Сукиас Торосян, ассистент дирижера – Вардуи Минасян.

МЫ ДАВНО УЖЕ ПРИВЫКЛИ К ПОРАЗИТЕЛЬНОЙ СПОСОБНОСТИ ГЛАВНОГО ДИРИЖЕРА ОРКЕСТРА ЭД. ТОПЧЯНА  совершать художественные прорывы и в оперном жанре. Его заслуга помимо чисто музыкальной части, которую он осуществляет на высоком уровне, – это умение привлечь именно тех людей, которые способны создать замечательный ансамбль. На нашей памяти концертное исполнение таких шедевров мирового оперного репертуара, как “Аида”, “Отелло”, “Риголетто” Верди, “Мадам Баттерфляй”, “Турандот”, “Тоска” Пуччини, “Паяцы” Леонкавалло, “Евгений Онегин” Чайковского и ряд других.

К “Риголетто” Э.Топчян обращается уже дважды. И это не случайно: музыка Верди полна глубокого драматизма, ярко контрастна, психологически глубока. По драматической силе, по непосредственности воздействия, по четкой ясности формы “Риголетто”, бесспорно, занимает первое место среди опер Верди. Во многих отношениях эта опера действительно осталась произведением, не превзойденным ни в одной из последующих опер автора.

Говоря о концертном исполнении “Риголетто”, можно сказать, что именно он, дирижер, стал центральной фигурой премьеры. Он создал страстное, эмоционально-яркое и философски глубокое звучащее полотно. Глубокий интерес к шедевру итальянской классики выразился и в тончайшей проработке, “ретуши” оркестровых партий и в стремлении вернуть первозданную свежесть звучания, открыть в музыке оперы все заложенные в ней красоты. Каждое мгновение наполнено жизнью, интенсивность музыкального потока не ослабевает ни на минуту, из самых, казалось бы, “проходных” эпизодов он добывает нужное созвучие. Во всем ощущается бережное отношение к композиторскому замыслу, стремление воплотить его с предельной простотой. Исполняемая музыка пленяет цельностью замысла и тем лаконизмом, которые редки в других операх Верди. Она великолепна по красоте, выразительности и обилии прекрасных запоминающихся мелодий, по силе и правдивости в передаче чувств.

Первый день премьеры прошел с участием итальянского баритона Джампиеро Ручера в партии Риголетто и прекрасного тенора Липарита Аветисяна в партии герцога Мантуи. К сожалению, побывать на этом концерте мне не посчастливилось, но, по откликам слушателей, премьера прошла блестяще.

НА ВТОРОМ КОНЦЕРТЕ В РОЛИ ГЛАВНОГО ГЕРОЯ ВЫСТУПИЛ ИЗВЕСТНЫЙ БАРИТОН ДАВИД БАБАЯНЦ, пение и игра которого оставили приятное впечатление. Он точно знает свои вокальные и актерские возможности, владеет ими, умеет максимально подчинить их художественной задаче. В партии Риголетто он абсолютный лидер. Он не суетится на сцене, не забывает о главном – о том, что движение дают сама музыка, богатство настроений, смена эмоциональных состояний героя. Как сложна, безмерно трудна для исполнителя та картина в опере, где перед нами во всей многомерной мрачности раскручивается душевный мир шута Риголетто. Встреча Риголетто с придворными – один из наиболее трагических эпизодов в опере и в то же время это важнейший момент в раскрытии его характера. Глубочайшее горе звучит в песенке страдающего шута: “Ля-ра, ля-ра”. Сквозь напускное равнодушие слышны затаенная боль и тревога. Гнев и ненависть, переходящие в страстные жалобы, слышны в арии монолога “Куртизаны, исчадие порока”, исполненном Д.Бабаянцем с подлинным драматическим мастерством, вызвавшим шквал аплодисментов. Несомненно, что живые позы, жесты и свобода, с какой он держался на сцене, были импровизацией. На наш взгляд, именно он создал по-настоящему вердиевский образ. С истинным драматизмом и пластической выразительностью он исполнил все свои арии, подчеркивая суть происходящего на сцене. Шут Риголетто, издевающийся над горем Монтероне (его образ дан в блестящем воплощении молодого баса Саркиса Бажбеук-Меликяна), чью дочь обесчестил герцог, испытывает то же отчаяние, что и осмеянный им старик Монтероне. Риголетто-шут превращается в страдающего отца.

В партии дочери Риголетто Джильды выступила замечательная певица – сопрано Асмик Торосян. Ее образ тоже дан в развитии, в движении. Не очень удачным был любовный дуэт Джильды и герцога: в роли герцога в этот день выступил заболевший тенор из Мариинского театра Ильгам Валиев. Голос певца то и дело срывался, что сказалось на всей его партии. Но зал с пониманием отнесся к происходящему: актерам тоже ничто человеческое не чуждо.

Волнующе прозвучала прекрасная ария Джильды, когда, оставшись одна, она предается охватившему ее чувству. Ее сердце полно светлых надежд, доверия и любви. Свидетельством тому – исполненная Торосян ария “Сердце радости полно”. В ее исполнении порадовало ясное стремление к целостному решению образа, хорошо найденный от начала до конца выдержанный стиль интонирования, благородная пластика движений.

Чудесно справилась с ролью Маддалены Нарине Ананикян (меццо сопрано). И зал высоко оценил ее исполнение. Образ получился живым, выпуклым. И еще одно: у этой певицы чувствуется живое ощущение партнера – качество, которого иногда не хватает некоторым другим певцам, слишком уж жестко привязанным к дирижерской палочке.

ЯРКИЕ, ВРЕЗАЮЩИЕСЯ В ПАМЯТЬ МЕЛОДИИ В ЭТОЙ ОПЕРЕ приобретают особую выразительность. Именно с помощью чрезвычайно ярких мелодий автор оперы создал характеристики всех, даже второстепенных действующих лиц. Свою музыкальную речь имеет и разбойник Спарафучилле в великолепном исполнении Сурена Шахинджаняна, и проклинающий герцога Монтероне (Саркис Бажбеук-Меликян) Марулло (Гагик Варданян, баритон), Матео Борса (Артак Меликян, тенор), граф Чепрано (Погос Беазбекян, бас), графиня Чепрано (сопрано Сильва Петросян), Джованна (меццо-сопрано Мариам Алоян).

На такой высокой ноте завершился фестиваль, который      проходил под патронатом первой леди Риты Саргсян. Более месяца мы были во власти невероятной слитности и яркости звучания всех роскошных артистических сил. Такие вливания музыки нам необходимы, ибо в том, что мы услышали, было столько жизненной энергии, радости, света! Примечательно, что и наш оркестр благодаря своему замечательному фестивалю давно уже вышел на новый уровень музыкальной мысли. Музыкальному фестивалю новой волны удалось достойно поддержать репутацию одного из серьезных в республике форумов и занять свое особое место в сердцах любителей музыки Армении и гостей столицы.

Благодаря организаторам фестиваля – главному дирижеру филармонического оркестра Эдуарду Топчяну и нашему соотечественнику, известному во всем мире виолончелисту Александру Чаушяну – ежегодно каждую осень в течение десяти лет у нас устраиваются такие праздники музыки, которые оставляют незабываемый след в душах тысяч слушателей. Очевидно, именно такие концерты с присутствием звезд экстра-класса вызывают неповторимый духовный подъем, радостное общение исполнителей и слушателей. Только музыка – благородная и могучая, прекрасная в своей душевной радости и чистоте – была единственным центром притяжения для слушателей. “Если есть рай на земле, то это пространство классической музыки”. Так мог сказать каждый из посетителей этого фестиваля на протяжении всех этих нелегких десяти лет. Спасибо его организаторам.

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 5.0/5 (1 vote cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0 (from 0 votes)

spacer

«Надежда вернулась к нам снова!»

Rouben PashinianOctober 20th, 2016
by
under Статьи на русском.
No Comments.

4 ноября завершится X Ереванский Международный музыкальный фестиваль, посвященный 25-летию не-зависимости Армении. Фестиваль проходит под патронатом первой леди Армении Риты Саргсян и Министерства культуры, представлено 14 концертов с учас-тием ярчайших солистов из Великобритании, Франции, Австрии, Японии, Украины, России, Италии и, разумеется, Армении. Наш собеседник — один из организаторов фестиваля, худрук и главный дирижер Национального филармонического оркестра Армении Эдуард ТОПЧЯН.

 — Главными достижениями фестиваля я считаю то, что он обрел известность во всем мире и, конечно же, то, что предоставляет возможность армянскому слушателю приобщиться к высокому искусству. Кроме всемирно известных музыкантов, нам в этом году с Александром Чаушяном, с которым ежегодно организуем фестиваль, удалось привлечь таких знаменитых дирижеров, как Кирилл Карабиц из Украины, Дмитрий Юровский и Марк Тардю из Германии, Мариос Пападопулос из Великобритании.

Отдельно хотелось бы отметить уникальный концерт, посвященный 95-летию фонда “Ховард Карагезян” (США), занимающегося поддержкой юных талантливых музыкантов, а также два юбилейных концерта, посвященных 90-летию Арно Бабаджаняна и 70-летию Левона Чаушяна.
— Если говорить о нашем слушателе, какие изменения вы бы отметили за эти 10 лет?
— В общем-то изменений не так уж много. Это и хорошо, и плохо. С одной стороны, увы, приходится констатировать, что мало людей осталось, действительно интересующихся высоким искусством, людей, с мнением которых можно считаться. С другой — государство поддерживает фестивали, и не только, страну ежегодно посещают прекрасные музы-канты, молодежь стала чаще посещать концерты… Стабильность — тоже результат, а в нашем случае — весьма немаловажный.
— Сегодня часто поднимается вопрос меценатов, спонсоров, института менеджмента, арт-продюсинга. А как же критики? Те, от профессионального мнения которых зависит немалое…
— Вы правы, даже самый именитый зарубежный музыкант после концерта с замиранием сердца ждет утренних газет, отзывов и впечатлений критиков. У нас есть, и это не секрет, люди, имеющие право и, я бы сказал, обязанные писать критические статьи в разных областях искусства. Но их немного, пишут не все — скорее всего, это по определенным причинам сегодня невыгодно.
Часто пишут о нашем оркестре — тут тоже две позиции: с одной стороны — хорошо, значит, есть о чем писать, что критиковать, что советовать и что хвалить, с другой — почему так же не освещаются другие мероприятия, выступления приезжих музыкантов?.. Ведь без здоровой критики не может быть правильного роста и, не побоюсь, развития в искусстве. Спонсора, худо-бедно, на то или иное мероприятие найти можно, а кто обсудит концерт, скажет, нужно ли было его вообще проводить? Я думаю, критики — это тот противовес, без которого развитие будет хаотическим, нежели размеренным и выгодным для государства. А что мы имеем?.. Или не пишут вовсе или пишут какие-то «хвалебные оды», от которых за версту несет непрофессионализмом и предвзятостью. Об этом, думаю, стоит задуматься…
— Каковы ожидания в свете перестановок в куль-турном ведомстве страны?
— Я всегда с большим уважением и симпатией относился к Армену Амиряну — интеллигенту, интеллектуалу, профессионалу и просто настоящему ереванцу. И уверен, это не только моя позиция: наконец появился министр, которого действительно любит и уважает народ. А это очень важно! Но, думаю, придется ему, тем не менее, нелегко — предстоит колоссальная работа, причем во всех областях культуры. Многое предстоит изменить, восстановить. Это довольно сложная задача… Но уверен, он сможет сделать много полезного, во всяком случае — настрой у меня позитивный, оптимистичный. Ясно одно: хуже в культуре не будет, будет лучше, но вот насколько — покажет время. Ведь за эти годы народ довольно серьезно отошел от настоящей культуры в сторону ширпотреба, однодневок и «суррогатов-имитаторов» истинных ценностей. Смещены приоритеты. Амиряну предстоит в прямом смысле возвращать людям их культуру, воспитывать слушателя, зрителя…
— В этой связи вспоминается «Филармония школьника» и многие другие образовательные проекты, увы, почему-то канувшие в Лету… Почему бы их не восстановить?
— Не знаю, какие именно механизмы будут задействованы и какими способами. Во всяком случае уже имеется неофициальная инфор-мация о том, что новые министры культуры и просвещения не раз встречались, много чего обсудили и собираются в будущем действовать сообща. Это замечательно! Но тут главное все делать основательно. Скажем, та же «Филармония школьника» не должна ограничиться двумя-тремя концертами. Необходимо регулярно проводить мероприятия с максимальным привлечением молодежи. И тут не только важен строжайший контроль за их посещением, но и поддержка со стороны родителей — людей, кому небезразлично будущее своих детей, будущее нации. Дети должны ходить на концерты, периодически посещать музеи, выставки: воспитываться как в духе национальной культуры, так и быть осведомлены о классической музыке, изобразительном искусстве — мировой культуре. Именно так это делается во всем мире… Тут главное не требовать, а самим попытаться чем-то помочь — быть сопричастным к положительным изменениям.
…В интересное время живем. Уверен, уже через год мы станем свидетелями приятных сюрпризов — положительных изменений. Об их интенсивности загадывать пока рано, но ясно одно — надежда, казалось бы, угасшая недавно, вернулась ко всем нам снова. Значит, будем идти вперед и побеждать!

Рубен Пашинян, «Новое время»

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 5.0/5 (1 vote cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0 (from 0 votes)

spacer

ТОРЖЕСТВО МУЗЫКИ

July 18th, 2016
by
under Статьи на русском.
No Comments.

Этот концерт стал подлинным торжеством музыки. Большой зал филармонии им. А.Хачатуряна был переполнен, согрет особой аурой, воодушевлен и объединен соприкосновением с исключительно одаренными артистами – нашими соотечественниками, прилетевшими, словно орлы, из далеких краев. Этим большим концертом Национальный филармонический оркестр Армении завершил масштабные мероприятия, связанные с 90-летием со дня основания.

ЭТОГО ПРАЗДНИКА ЖДАЛИ ДАВНО, ЕЩЕ ГОД НАЗАД. Однако, как известно, весь минувший год прошел под знаком 100-летия Геноцида армян в Османской Турции, и юбилей флагмана отечественного исполнительского искусства был отложен. В течение всей нынешней весны в Ереване и по всей республике прошли мероприятия, связанные с этой важной в культурной жизни страны датой.

Концентрация событий в одном этом вечере была поистине уникальной – выступило блестящее созвездие музыкантов экстра-класса, давно завоевавших любовь культурного пространства. Это и замечательный пианист и дирижер Ваагн Папян, и любимые миллионами слушателей во всем мире скрипач Сергей Хачатрян и виолончелист Александр Чаушян, выдающиеся певцы Асмик Папян и Барсег Туманян, прервавшие свои мировые гастроли ради этого события.

Особую торжественность празднику придало присутствие на концерте президента страны Сержа Саргсяна и первой леди Риты Саргсян, министра культуры Асмик Погосян, представителей разных посольств и других официальных лиц, широкой общественности.

От начала концерта до его окончания в зале царила романтическая приподнятость. Это романтическое начало господствовало и в исполнении артистами программы – блистательном, утвердительном, покоряющем щедростью, вдохновенным талантом, высочайшей культурой.

Юбилей Национального филармонического оркестра – это, конечно, его праздник. Но в гораздо большей степени – и наш праздник. Тех, кому дорога культура страны, дорого искусство и вечный творческий поиск нового в искусстве. Свой юбилей коллектив встретил умудренный опытом, увенчанный славой пропагандиста музыкального искусства. Он заслужил уважения, этот оркестр, потому что девяносто лет отстаивает высокое назначение музыки. Он всем нам видится испытанным в боях кораблем, смело устремленным вперед. Он напорист и упрям, привык к штормам и не избалован штилями. Он неизменно сохраняет любовь слушателей. В филармонию всегда шли охотно, порой сердясь за обманутые ожидания и доброжелательно забывая о них при первой же его победе.

  ЗА ДЕВЯНОСТО ЛЕТ СВОЕЙ ЖИЗНИ ОРКЕСТР СЫГРАЛ бесчисленное множество программ, премьер, видел в своем зале десятки и сотни тысяч зрителей. Даже самый скромный перечень премьер поражает размахом творческих интересов музыкантов – выдающихся дирижеров, о которых мы уже говорили в предыдущих юбилейных материалах. Но как бы ни были внушительны цифры, они сами по себе в искусстве значения не имеют. Важно, что стоит за ними, какой эстетический духовный потенциал они выражают. Симфонический оркестр Армении сыграл выдающуюся роль в общем развитии нашего исполнительского искусства, композиторского творчества. Музыканты, которым доводилось выступать с этим оркестром (а среди них были едва ли не все наши крупные дирижеры, солисты-инструменталисты и вокалисты, многие известнейшие иностранные гастролеры), всегда испытывали большое творческое удовлетворение от совместной работы с ним.

Популярность нынешнему коллективу принесли не только частые выступления на собственной сцене, но и гастрольные поездки за рубежом. Широкая география выступлений очень важна еще и потому, что непосредственные контакты с самой широкой и разнообразной по составу слушательской аудиторией чрезвычайно полезны для всех – и для композиторов, и для исполнителей.

Артистическая раскованность, высокая свобода владения различными музыкальными стилями, истинно духовный контакт с партнерами в самых разнообразных по составу ансамблях – наиболее явные достоинства нынешнего состава оркестра. И подлинно широкий взгляд на мир художественных ценностей, взгляд, идущий от подлинной творческой мобильности.

Такую насыщенную и содержательную программу, несколько необычную по объему, художественный руководитель и главный дирижер Эдуард Топчян провел ярко, талантливо и увлеченно. Одухотворенный природный талант и взыскательность, с которой он относится к любому исполняемому сочинению, принесли успех и юбилейному концерту, оставили неизгладимое впечатление у многочисленных слушателей.

Традиционная композиция “концерта-панорамы” (а именно так была выстроена программа) диктовала необходимость фрагментарного исполнения сочинений крупной формы. С одной стороны, это обеспечило максимальную музыкальную насыщенность, частоту смен художественных впечатлений, с другой – поставило перед музыкантами сложную задачу: сконцентрировать в части образную квинтэссенцию целого.

Бурный успех выступавших в этот день артистов – Сергея Хачатряна, Ваагна Папяна, Александра Чаушяна, Асмик Папян и Барсега Туманяна был именно тем музыкально-интеллектуальным торжеством, тем горячим объятием Родины, которые, как показывают упрямые факты, манят к нам наших лучших музыкантов. С беспримерной стремительностью за два последних десятилетия искусство самого младшего из выступавших артистов – Сергея Хачатряна завоевало современный мир. В этот вечер, как и его основной партнер, виновник торжества – Филармонический оркестр был в главной роли. Его мастерство доведено до высшей степени совершенства (хотя совершенству предела нет), до той легкости, когда  захватывающие дух пассажи кажутся естественными, как дыхание, как движение или улыбка. Тут можно восхищаться каждым сыгранным им произведением, но все равно не передать очарования всего богатства его исполнения. В игре Сергея захватывает все – и кристальная ясность стиля, и красота и тембр звука, и богатство и убедительность интонаций. Он всегда увлечен, возвышен искусством. Это всегда поражает, и это всегда событие.

СЕРГЕЙ ПОРАЗИЛ ЗАЛ СВОЕЙ МУЗЫКАЛЬНОСТЬЮ, страстной напряженностью мелодического высказывания при благородстве и красоте звучания инструмента, естественностью. А публика, завороженная его исполнением, не просто слушала музыку, а была поглощена и изучением самого исполнителя – манерой держаться на сцене – какие у него движения и жесты во время игры, как они согласуются с оттенками звука. Слушая исполнение Рапсодии для скрипки с оркестром Эдуарда Багдасаряна и интродукцию Эдварда Мирзояна, мы старались впитать в себя характерные свойства исполнителя – его невероятную самоотдачу, даже жертвенность в отношении к исполняемой музыке, в чем-то родственную религиозному акту.

Достаточно часто под сводами этого зала звучит и виолончель  Александра Чаушяна – артиста, который, живя в Великобритании и выступая на самых престижных сценах мира, всегда представляет именно свою страну – Армению. Его душа и сердце всегда с нами, иначе почему он столько сил и энергии тратит на то, чтобы каждую осень привозить с собой потрясающую команду первоклассных музыкантов и устраивать вместе с филармоническим оркестром настоящие праздники музыки.

Бурными аплодисментами зал встречал и Ваагна Папяна, которого невозможно сравнить ни с кем. Потому что это – истинная поэзия. Когда он играет, словно сам воздух наполняется огромным смыслом. Как и всегда, в этом зале ярко выступили наши оперные вершины – Асмик Папян и Барсег Туманян, имеющие устойчивую привычку преподносить слушателям всякий раз нечто особенное… Независимо от того, поют они в театре или на концертной сцене, эти мировые звезды в полной мере проявляют дар перевоплощения, глубокого, полного проникновения в образ.

Юбилей оркестра стал ярким явлением культурной жизни, вылился не в простое подведение итогов, а в смотр творческих сил коллектива, за успехами и поисками которого следят многие любители музыки в нашей стране и за рубежом.

…Пройдет еще лет десять – и Национальный оркестр Армении будет отмечать свое столетие. Многое, наверное, станет иным, другие проблемы будут волновать людей. Многое изменится. Но неизменно будет волновать и радовать слушателя музыка. А для этого необходима связь оркестра с жизнью, со своим слушателем. И труд. Ежедневный, ежевечерний труд. Неиссякаемые музыкальные будни. И праздники. Труд – праздник.

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 5.0/5 (1 vote cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0 (from 0 votes)

spacer

ТАНГО – ПРАЗДНИК ДУШИ

June 3rd, 2016
by
under Статьи на русском.
No Comments.

Настоящий праздник – вечер аргентинского танго – в конце прошлой недели подарили ереванцам руководство Филармонического оркестра, Посольство Аргентины в Армении, Конверс-банк и Министерство культуры РА.

В БОЛЬШОМ ЗАЛЕ ИМ. ХАЧАТУРЯНА ЗВУЧАЛИ ЧУВСТВЕННЫЕ, СТРАСТНЫЕ, пронзительные мелодии, которые проникновенно исполняли вместе со струнным составом нашего Филармонического оркестра известные аргентинские музыканты – дирижер и бандонеонист Карлос Буона и пианист Альдо Саралеги. Уже с первых же аккордов произведения “Oblivion” (“Забвение”) знаменитого Астора Пьяццоллы, за которое композитор был номинирован на премию “Грэмми”, по всему залу разлилась мощная положительная энергетика, а волшебная музыка бессмертной мелодии, получившей мировое признание, “Jalouise” (“Ревность”) загипнотизировала всех слушателей, тем паче, что на сцену вышли танцоры и замечательно исполнили это страстное танго, в свое время сводившее с ума весь мир. Впрочем, мелодия эта весьма популярна и в наше время. Кстати, ее песенные версии со словами на разных языках мира исполняют многие вокалисты от Пласидо Доминго до Адриано Челентано.

В концерте прозвучала и знаменитая “Кумпарсита”, которой в этом году исполняется 100 лет. Первоначально она была написана как военный марш и только потом превратилась в танго, став символом всех карнавалов и фестивалей танго. “Кумпарситу” сочинил тогда еще 19-летний студент архитектурного факультета Матос Родригес, который так и не стал архитектором, а переквалифицировался в дипломаты. Впрочем, каким он был дипломатом, уже никто не помнит, а его неподражаемую “Кумпарситу” знают все.

Еще больший восторг у публики вызвали нежное, трогательное, зажигательное исполнение “Либертанго” Пьяццоллы и самое знаменитое аргентинское танго – “Эль Чокло” (“Кукурузный початок”), написанное ресторанным композитором Анжело Виллольдо в 1903 году, приобретшее феноменальную популярность и до сих пор входящее в мировые хит-парады.

В успехе концерта не последняя роль принадлежала Карлосу Буоно: в его руках “инструмент дьявола”, как называют бандонеон, звучал с особым драматизмом. Карлос Буоно гастролирует по всему миру и сотрудничает со многими музыкантами. Только в этом году он дал уже 90 концертов. Ему аплодировали в Вашингтоне, Каракасе, Стокгольме, Риме, Тель-Авиве, Монреале, Мехико, Форталезе… И вот теперь его тепло и восторженно встретили в Ереване. Кстати, по его словам, в Аргентине у него много друзей-армян и он хорошо знаком с армянской кухней, которая ему очень нравится. Музыкант даже знает несколько слов по-армянски. До концерта Буоно рассказал об истории возникновения танго и своем творческом пути.

- ТАНГО, – СКАЗАЛ ОН, – ЭТО СМЕСЬ РАЗЛИЧНЫХ КУЛЬТУР. В АРГЕНТИНУ в свое время приезжали эмигранты из разных стран Европы, Африки, которые привозили сюда свои культурные традиции, в том числе и музыкальные. Со временем они все смешались и в результате появилось танго. Не секрет, что танец родился в публичных домах и изначально был несколько вызывающим. Первоначально его танцевали исключительно мужчины. Позже танго перекочевало в Европу и только тогда приобрело настоящую известность. Но все-таки живость танцу придает популярная музыка, вобравшая в себя фольклорные мелодии Испании, Италии, африканские ритмы. Аргентина тем и славится, что очень интернациональна, и ярким примером этому может служить моя семья. Моя мама была испанкой, отец – итальянцем, супруга – швейцарка, сын женился на немке, дочь вышла замуж за ирландца. Словом, это Аргентина…

Золотым веком танго считаются 1930-е годы прошлого столетия. Именно в этот период появилась целая плеяда музыкантов, пишущих и исполняющих танго. Особенная роль в этом ряду, несомненно, принадлежит Астору Пьяццолле, благодаря сочинениям и аранжировкам которого танго получило новый виток развития. К этому времени возникло даже новое течение – “тангомания” – мода на танец и все то, что с ним связано.

С 1978 года в Аргентине отмечают День танго, который спустя несколько лет стал международным праздником. Он отмечается 11 декабря, в день рождения известного аргентинского киноактера, певца и музыканта Карлоса Гарделя, появившегося на свет в далеком 1890 году, которого называли Королем танго.

В ереванском концерте “Вечер аргентинского танго” приняли участие танцоры, лауреаты различных конкурсов по танцам – Арианна Каоли (кстати, супруга шахматиста Левона Ароняна), Диана Айрапетян (участница шоу-балета “Тодес”), Сурен Мхитарян и Аркадий Стасунцов. Они замечательно исполнили танго – маленькие постановочные спектакли, наполненные эмоциями, страстью и неудержимой энергией.

А между тем ученые утверждают, что танго положительно влияет на мозг и танцующие танго реже страдают от болезней Альцгеймера и Паркинсона. Танец подходит для любого возраста, и даже в 80 лет можно стать профессиональным исполнителем танго. Так что дерзайте!

Лена Галоян


VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 5.0/5 (1 vote cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0 (from 0 votes)

spacer

Супруга Ароняна и аргентинец Буоно выступят на ереванской сцене

May 30th, 2016
by
under Статьи на русском.
No Comments.

Армяно-аргентинские страсти разыграются на сцене концертного зала имени Арама Хачатуряна с участием выдающихся танцоров и музыкантов Армении и Аргентины. Как обещают участники, вечер обещает быть таким же жарким, как и танго.

Лаура Саркисян, Sputnik.

Пресс-конференция аргентинского дирижера и бандонеониста Карлоса Буоно началась с опозданием на одиннадцать минут. В фойе Ереванской государственной филармонии собравшиеся ждали посла Гонсало Уриолабеитиа. За это время Буоно озираясь на журналисток, улыбнулся и удивленно воскликнул “собрались только женщины”.

Маэстро Буоно, наверное, не успели предупредить, что с журналистами-мужчинами в Армении туго, и они в основном освещают либо экономику, либо политику.

© SPUTNIK/ ASATUR YESAYANTS
Чрезвычайный и полномочный посол Аргентины в Армении Гонсало Уриолабеитиа

Через указанное время подошел посол, улыбаясь, извинился за опоздание, и пресс-конференция началась. Мы тогда не знали, что не он один опоздавший и после почти получасового общения со спикерами, на пресс-конференцию пришла и супруга Левона Ароняна Арианна Каоили.

Немного о Буэно

Буэно родился в Аргентине, мама — испанка, отец — итальянец, его супруга-швейцарка, сын женился на немке, дочь же вышла замуж за ирландца. Он называет свою семейную смесь настоящим танго.

“Это — Аргентина и это — танго”, — делится с журналистами Буоно.

Музыкант добавляет, что в его семье не танцуют, и нет определенного пристрастия к танцу.

“Может потому, что мое утро начинается с музыки танго, во второй половине дня я слушаю танго и вечером уже репетирую танго”, — сказал Буоно.

Известный аргентинец благодарит своих родителей за помощь и поддержку. Он с сожалением и болью отмечает, что всегда столько гастролировал, что в последние дни их жизни не успел попрощаться с ними.

Дирижер и бандонеонист Карлос Буоно в Ереване
© SPUTNIK/ ASATUR YESAYANTS
Дирижер и бандонеонист Карлос Буоно в Ереване

“Я заплатил большую цену за все то, что имею. В прошлом году дал 98 концертов в 27 странах мира, а в Ереване будет мой 90-й концерт в этом году. Однако музыка для меня остается таким же чувством как влюбленность”, — делится маэстро.

Он рассказал, что влюбился в инструмент благодаря запаху одеколона, когда ему было шесть лет. Он с отцом по вечерам часто садился на лавочку возле дома. Аргентинец вспоминает человека, который регулярно здоровался с отцом, и от него пахло одним и тем же запахом, который и впечатлил маленького Буоно.

“Однажды вечером мы с папой пошли на мероприятие, где я на сцене увидел того самого прохожего. В его руках я увидел инструмент — бандонеон”, — признался маэстро.

С тех пор он ни разу не думал о смене своей деятельности, но в беседе с корреспондентом Sputnik Армения признался, что ему могла бы подойти юриспруденция. Больше всего он удивлялся тому, что небо и звезды — везде одинаковы.

Немного о программе

Вечер пятницы обещает быть страстным, ведь помимо музыки, на сцене танцоры Сурен Мхитарян, Аркадий Атасунцев, Диана Айрапетян и Адрианна Каоилипредставят танго.

Арианна Каоили, супруга шахматиста Левона Ароняна
© SPUTNIK/ ASATUR YESAYANTS
Арианна Каоили, супруга шахматиста Левона Ароняна

Каоили призналась что, наряду с шахматами, танцы — это еще одно ее увлечение.

На вопрос корреспондента Sputnik Армения, где и когда познакомились с супругом, известным армянским гроссмейстером Левоном Ароняном, Каоилиответила, “в Испании, на турнире по шахматам, когда ей было девять лет, а ему чуть больше”.

На вечере армяно-аргентинской дружбы прозвучат произведения Астора Пьяццоллы, Якоба Гаде, Мариано Мореса, Эдуардо Ароласа и других композиторов.

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0.0/5 (0 votes cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0 (from 0 votes)

spacer

К 100-летию Геноцида армян: Реквием Вячеслава Артёмова прозвучал в БЗК

April 30th, 2015
by
under Статьи на русском.
No Comments.

Реквием Вячеслава Артёмова прозвучал в БЗК

Такое бывает редко. Когда объявленного концерта ждёшь, как События, предвкушаешь нечто особое, вплоть до привкуса страха под ложечкой, и когда Оно наступает — не обманываешься в ожиданиях…

Кто не в курсе — Армения и Россия не являются сейчас «соседями», то есть не имеют общей границы. Но, пожалуй, трудно найти другой столь этнически далёкий, с особой ветвью древневосточного христианства народ, чья историческая судьба так тесно была бы переплетена с историей России. Потому решение продюсерского центра «Арт-Брэнд» и лично Елены Харакидзян отметить в рамках фестиваля «Опера Априори» трагическую дату 100-летия Геноцида армян в Османской империи исполнением Реквиема Вячеслава Артёмова показалось неожиданным только на первый взгляд.

«Мученикам многострадальной России» — такой авторский подзаголовок имеет это произведение.

Но ведь формальным поводом для начала массовой резни в Стамбуле в ночь с 23 на 24 апреля 1915 года стало именно сочувствие — «пособничество» армян русской армии в Первой мировой войне, когда агонизирующая Османская империя вела во всём Причерноморье активные боевые действия против России. Армянские добровольцы в составе Кавказской армии, а с осени 1915 года Кавказского фронта под командованием Н. Н. Юденича отчаянно храбро сражались с турками плечом к плечу с русскими и другими народами Российской империи. Так что официально причисленные к мученикам в эти дни Армянской апостольской церковью полтора миллиона погибших армян в каком-то смысле тоже пострадали за Россию.

И ещё одно знаковое совпадение. Композитор закончил свой Реквием в 1988 году, и произведение по странному стечению обстоятельств оказалось связано с другой страшной трагедией в истории Армении — землетрясением в Спитаке: Реквием передавали по Всесоюзному радио, что стало беспрецедентным случаем, поскольку произведения «религиозной направленности» никогда ранее не передавали по советскому радио, даже Реквиемы Моцарта и Верди.

Ованес Айвазян (тенор), Арсен Согомонян (баритон),Мария Векилова (орган), Валера Козловский (дискант)

Начало вечера 23 апреля в Большом зале Московской консерватории сразу задало пронзительный исповедальный тон происходящему.

И стало сюрпризом не только для публики, но даже для музыкантов на сцене. Заняли свои места Российский национальный оркестр(художественный руководитель и главный дирижёр — Михаил Плетнёв) и Государственная академическая хоровая капелла России им. А.А. Юрлова (под управлением Геннадия Дмитряка), вышли все шесть солистов-певцов. Дикторский голос из-за кулис объявил о посвящении исполнения скорбной дате. О том, что в эти минуты во всех храмах армянской Апостольской церкви заканчивается панихида по убиенным. Внезапно убрали свет, луч прожектора нашёл фиолетовое, цвета памятной Незабудки, эмблемы 100-летия Геноцида, платье самой маститой солистки Асмик Папян, и её тёплый трепетный голос запел проникновенную мелодию тоски по утраченной Родине — «Крунк» («Журавль»). Спонтанно стали вставать друг за другом люди в зале и оркестр. Многие не сдерживали слёз.

Жаль, что серьёзность и масштаб Реквиема Вячеслава Артёмова отпугнули в этот вечер «широкие массы меломанов» как принято говорить. Аншлага в Большом зале консерватории, увы, не было. Жаль тех, кто снова будет довольствоваться лишь аудио-записью с радиостанции «Орфей». Эмоциональный посыл живого исполнения, безусловно, придаст новых красок по сравнению со студийным Реквиемом 1989 года фирмы «Мелодия». Но

партитура Артёмова задумана настолько многослойно, объёмно по звучанию, что именно в натуральном акустическом пространстве замысел автора предстаёт наиболее адекватно.

Без сужения динамического диапазона, что неизбежно даже при цифровой записи. Вследствие огромного состава исполнителей (230 человек одновременно), исполнение этого опуса Артёмова — редкость.

Композитор Артёмов с дирижёром Топчяном

Процитирую профессора Юлию Евдокимову из буклета к первой записи Реквиема: «Как грандиозное живописное полотно, это произведение можно долго «рассматривать» вблизи, поражаясь смысловым значением каждой звуковой подробности. Но можно отойти на расстояние – и тогда оно потрясает величественностью, мощью общей драматургии, динамикой эмоционального развития, могущественной властностью художественного впечатления. Обращение к Реквиему было для композитора символом сопричастности русской трагедии трагедиям мировой истории, приобщения к вечным духовным ценностям, окончательное постижение которых происходит только на пороге жизни и смерти. Вместе с тем автор толкует традиционный текст Реквиема иначе – проецирует его на события отечественной истории, воспринимает как свидетель, очевидец. Канонический текст становится импульсом, источником возникающих в творческом сознании композитора ассоциативных картин, образов. Объём ассоциаций, таящихся в глубине этой музыки, безграничен, как безгранична историческая проекция «темы» произведения, как беспределен в земных критериях времени «сюжет» Реквиема. Каждый может услышать его по-своему. И ещё об одном необходимо сказать – о чистоте художественного языка сочинения, красоте, как исходной этической предпосылке всех средств, всех приёмов выражения. Никаких экстремальных средств воздействия на слушателя, никакого давления, никаких превышений. Классическая концепция искусства».

Но описывать великую музыку словами — всегда условность.

В этот Реквием надо покорно погрузиться, как в стихию. Канонический латинский текст заупокойной мессы придаёт замыслу вненациональный масштаб, но русские музыкальные корни напоминают то туттийной мощью «Демественной литургии»Гречанинова, то терпкостью оркестровых диссонансовШостаковича, то явно в «Domine Jesu Christe» из «Offertorium» в партии хора чудится закулисное «Господу молюся я» — похороны Графини из «Пиковой дамы» Чайковского. Всё вместе — не похоже ни на кого, выстрадано и вылито в звуки «кровью сердца».

Самая большая нагрузка в Реквиеме ложится на хор. Юрловцы в этот вечер показали высочайший уровень профессионализма и слаженности. Не уступили им в мастерстве и юные певцы из Хорового училища им. Свешникова. С удовольствием отмечу: занятые во второй половине произведения мальчики не томились на сцене с начала. В короткой паузе между частями они быстро заняли свои места перед взрослым хором, вплели ангельские детские голоса в общую картину.

Оркестровая партитура Реквиема даже на слух не оставляет сомнений в предельной сложности всех партий.

РНО — «плетнёвцы» не только справились с ней, но играли истово, с увлечением. Возможно, мелкие неточности и были, но для их фиксации надо знать материал досконально.

Запомнился особый саунд у скрипок — чуть резковатый, хрустально-звенящий, что очень подходило к музыкальной фактуре. Концертмейстер оркестра Алексей Бруни и в маленьких соло, и ведя группу, не растерял алмазного звука лауреата конкурсов им. Паганини и Жака Тибо.

Безусловно, «демиургом» на сцене в тот вечер был Эдуард Топчян, художественный руководитель и главный дирижёр Государственного филармонического оркестра Армении. Приглашённому маэстро удалось за минимум общих репетиций соединить выученные партии солистов, хора и оркестра, создать единое целое из разрозненных частей, чутко реагировать на замечания автора, присутствовавшего на последних прогонах. Личное отношение к юбилею национальной трагедии придало интерпретации Топчяна Реквиема особую сакральность.

Сольные вокальные партии у Артёмова лишены развёрнутых арий, возможности эффектно показать свой голос, практически, нет ни у кого.

Вместо этого — сложная и тонкая ансамблевая работа. Всей шестёрке певцов — общий поклон уважения, их партии сродни здесь творчеству иконописцев, редко ставящих своё имя на созданном.

Во время концерта условно разделила на пары мужские и женские сольные голоса. Самый юный участник, Валерий Козловский, поразил не только силой и пробивающей плотный оркестр тембристостью своего ближе к темноватому альту детского голоса, но и взрослой серьёзностью в отношении к музыке. Хотелось бы, чтобы и после мутации ему был дарован свыше красивый оперный тенор или баритон.

Лиана Алексанян, Асмик Папян, Термине Зарян

В женском трио юность и нежность олицетворяла девически тоненькая Термине Зарян.

Молодая цветущая сила и страстность – тенор Ованес Айвазян и сопрано Лиана Алексанян.

Наконец, материнская теплота в соединении с пророческой мудростью жрицы — несравненная Норма мировой оперной сцены, Асмик Папян. Столь же не по годам отеческим, породисто «замшевым» тембром спел своё соло баритон Арсен Согомонян.

Ещё одна сольная партия — орган Марии Векиловой. Исполнительница заслуживает самых добрых слов. Но как раз здесь позволю себе единственную — нет, не ложку дёгтя, грех в такой-то день, а жалобную нотку. Портативный цифровой орган фирмы «JOHANNUS», взятый по желанию Вячеслава Петровича Артёмова, стильно смотрелся на правом фланге сцены и хорошо звучал в сольных фрагментах или в ансамбле с вокалистами. Но тонул в tuttiоркестра, что понятно. Меж тем, могучая басовая педаль большого органа отчётливо слышна на студийной записи Реквиема.

Наш консерваторский исполин работы Кавалье-Коля так и молчит после капитального ремонта Большого зала.

Как его не хватало! Неужели только декоративный фасад для любования остался? Это отдельная болезненная тема, оставим пока.

Долгие дружные аплодисменты завершили исполнение Реквиема. Вячеслав Петрович Артёмов вышел на сцену импозантный, при бабочке. Казалось, он удовлетворён исполнением, горячо жал руки всем солистам и дирижёру, приветствовал хор и оркестр. С трудом верилось, что в июне композитору исполнится 75 лет. Значит прозвучавший в Москве после долгого перерыва Реквием можно рассматривать и как первое приношение к юбилею Мастера.

Автор фото — Ира Полярная / Арт-брэнд

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 5.0/5 (1 vote cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0 (from 0 votes)

spacer

90 ЛЕТ НА СЦЕНЕ Филармонический оркестр Армении

April 1st, 2015
by
under Статьи на русском.
No Comments.

 

Может быть, это чистая случайность, но уж слишком знаменательная. Концерт Филармонического оркестра под управлением Эдуарда ТОПЧЯНА состоится завтра (20 марта) на сцене Академического театра оперы и балета им. А.Спендиарова.

90 лет назад, именно в этот день взял старт первый армянский симфонический оркестр, взращенный в стенах консерватории. За дирижерским пультом стоял тогдашний ректор консерватории Аршак Адамян: ему и принадлежала идея создания оркестра, в те годы казавшаяся несбыточной. В программе первого концерта были симфония соль-минор Моцарта, Соната для виолончели с оркестром Грига (исп. А.Айвазян), Фантазия для скрипки с оркестром Россини (исп. О.Ованесян) и Свадебный марш Мендельсона.

КАК ОТМЕЧАЕТ ПРОФЕССОР ЕРЕВАНСКОЙ КОНСЕРВАТОРИИ, МУЗЫКОВЕД АРМЕН БУДАГЯН, это было событием в культурной жизни, важность которого выходила за пределы только музыкально-профессиональных интересов. Концерты симфонической музыки, выступление своего оркестра были выходом в другую атмосферу, на другую духовную орбиту, в мир высокой мировой культуры. Именно так воспринимала это событие армянская общественность в те годы.

 

 

“А зародилась идея создания оркестра летом 1924 года, – рассказывает А.Будагян. – Дополнительным стимулом для этого был приезд в Ереван Александра Спендиарова, который задумал устроить концерт из своих сочинений. Для этого он обратился к ректору Ереванской консерватории Аршаку Адамяну и тот предоставил в его распоряжение преподавателей и лучших учеников. Авторский концерт Спендиарова подтвердил возможность организации в Армении симфонического оркестра, целиком укомплектованного местными кадрами. В архиве сохранилась докладная А.Адамяна Наркомпросу. В ней говорится: “Ереванская консерватория, вступая в четвертый год существования, ощущает необходимость в создании оркестра”. И, как и во многих других случаях, А.Мравян помог. Если Спендиаров дал первый в Армении симфонический концерт, то Адамян явился организатором первого постоянного профессионального симфонического оркестра, который имел достаточно регулярные выступления, которыми часто дирижировал А.Спендиаров, оказывавший своей работой огромное влияние на рост и развитие коллектива”.

Созданный на базе педагогов консерватории и ее студентов оркестр вскоре становится популярнейшим коллективом, известным далеко за пределами Армении. После Аршака Адамяна с оркестром работали Александр Спендиаров, Сурен Чарекян, Георгий Будагян.

С 1939 года по 1941-й коллектив оркестра выполнял двойную функцию – был и симфоническим, и оперным оркестром. Помимо должного профессионализма он отличался необычной дисциплиной, собранностью и, что очень важно, любил певцов, работал над оперным репертуаром не менее охотно, чем над репертуаром симфоническим. Конечно, этому способствовали превосходные дирижеры, выступавшие в то время с оркестром, – Константин Сараджев, Микаел Малунцян, Микаел Терьян. Примечательный факт: в 1939 году оркестр принял участие в Первой декаде армянского искусства в Москве, обеспечив высокий уровень оперных спектаклей. В Армфилармонии симфонический оркестр возглавил Константин Сараджев, а оперные постановки осуществлял главный дирижер Оперного театра Микаел Тавризян. В 1942 году в исполнении объединенного симфонического оркестра Госоперы и Армфилармонии под управлением Микаела Тавризяна прозвучала Седьмая симфония Шостаковича, воспринятая как событие огромной художественной значимости.

ИСПОЛНИТЕЛЬСКОЕ МАСТЕРСТВО КОЛЛЕКТИВА ВЫКОВЫВАЛОСЬ несколькими поколениями дирижеров и артистов оркестра, среди которых не было недостатка в выдающихся инструменталистах. Во все периоды своей истории он был оркестром-пропагандистом, постоянно обновляющим репертуар. Афиши тех далеких лет свидетельствуют о том, как много сочинений армянских авторов звучало в исполнении оркестра под управлением замечательных дирижеров. И кто знает, имели бы мы сегодня столько хорошей армянской музыки во всех жанрах, не будь тех исполнителей-энтузиастов, стимулирующих творчество? Вряд ли. Ведь неозвученные ноты – это еще не музыка.

Концерты оркестра неизменно вызывали глубокий отклик, отдавались “эхом” в сердцах не только армянских слушателей. Вот что писал в 1953 году после своих гастролей в Армении Святослав Рихтер: “Встреча с вами (оркестром) была для меня величайшей радостью. В вашем лице я познал вас как исключительный, хороший, темпераментный и чуткий оркестр. Оркестру свойственны тонкие нюансы, хорошая ансамблиевость, легкая, выразительная игра. Он имеет хорошего главного дирижера – Микаела Манунцяна…”

Артистическая раскованность, высокая свобода владения самыми различными музыкальными стилями, истинно духовный контакт с партнерами в самых разнообразных по составу ансамблях – наиболее явные достоинства оркестра, каким он предстал перед слушателями в период Огана Дуряна. Выступления симфонического оркестра под эгидой этого дирижера составили один из самых ярких этапов в жизни оркестра. Но отношения маэстро с оркестром складывались в нелегких условиях. Здесь никогда не было бесконфликтного равновесия – слишком сложным организмом был этот оркестр, слишком яркой и сложной личностью являлся Дурян. Но, как это ни парадоксально, именно такие непростые взаимоотношения коллектива и руководителя служат основой их взаимных достижений и взлетов. Ибо успех “сражения”, которое именуется концертом, всегда продиктован как силой замысла дирижера, точностью его стратегии, так и силой сопротивления коллектива, который лишь в процессе работы с дирижером бурно устремляется в то русло, что было предвидено им.

Свой заметный след в биографии оркестра оставили и главные дирижеры Михаил Терьян, Рубен Варданян, Арам Катанян, Рафаел Мангасарян и другие. Расцвет оркестра в течение более одного десятилетия связан с двумя личностями – Давидом Ханджяном и Валерием Гергиевым. Их концерты всегда были интересными личностными проявлениями.

С ГОДАМИ СТАНОВИТСЯ ВСЕ БОЛЕЕ ЯСНЫМ ИСТИННЫЙ МАСШТАБ ДАВИДА ХАНДЖЯНА и его вклад в армянскую музыкальную культуру. Давид Ханджян вызывал неотразимую симпатию у всех, кто его видел и слушал. Разгадка тайны в нем самом. Никогда не заслужил бы такую признательность артист, если бы оказался лишь блестящим профессионалом. Нет. В Давиде Ханджяне все видели Личность, зримое воплощение утонченной духовности. Мощь его дарования проявилась во всем, что он играл. Замечательный интерпретатор классической музыки, он неизменно выступал и как первооткрыватель, неутомимый пропагандист современных авторов. Даже самый скромный перечень некоторых премьер Ханджяна, первых исполнений сочинений современных армянских авторов поражают размахом творческих интересов.

А сколько прекрасных часов было в жизни слушателей оркестра, тех, кто любит серьезную музыку, в период Валерия Гергиева, дирижера мирового масштаба. Огромное творческое и организационное дарование, непререкаемая режиссерская воля были направлены на то, чтобы продолжить жизнь оркестра в лучших традициях, чтобы он, постоянно обновляясь, совершенствовался дальше. Здесь было и скрупулезное уважение к авторскому тексту, и умение пробиться сквозь него к тем высотам музыкантских прозрений, где одновременно живут и личность композитора, и личность исполнителя.

И совершенно новая страница биографии оркестра – Лорис Чкнаворян, возглавлявший коллектив в самые кризисные для нашей культуры годы. Это была поистине подвижническая деятельность, недооценить которую было бы несправедливо. Кто знает, имели бы мы сегодня оркестр, не явись Чкнаворян в самый критический момент его истории. Мало того, он сумел создать второй оркестр и хор, найдя достойное применение способным артистам, оставшимся без работы. Руководил вторым оркестром активный, грамотный дирижер Геворг Мурадян, который после распада второго оркестра и ухода Лориса Чкнаворяна возглавил симфонический оркестр в Степанакерте.

Это далеко не полная история симфонического оркестра. Менялись дирижеры, менялся состав оркестра, иными становились стилистика коллектива и его эстетика, неизменной остались любовь к музыке, творческое беспокойство, огонь, который поддерживает ныне в оркестре молодой талантливый музыкант, главный дирижер, ныне уже заслуженный деятель искусств Эдуард Топчян.

 

ПОД УПРАВЛЕНИЕМ Э.ТОПЧЯНА ОРКЕСТР СЫГРАЛ МНОЖЕСТВО ПРОГРАММзападноевропейской, русской и армянской классики. Неоценим, в частности, его вклад в исполнительское осмысление многих произведений современной армянской музыки. Эдвард Мирзоян, Арно Бабаджанян, Тигран Мансурян, Ерванд Ерканян и более молодые авторы в лице Топчяна и его оркестра нашли лучшего интерпретатора. Его чуткий контакт с оркестром, богатое чувство ритма, смелый полет интерпретаторской мысли привлекают к нему интерес слушателей не только Армении, но и зарубежных стран, где неоднократно гастролировал оркестр. Помимо всего, оркестр под управлением Топчяна в течение последних 15 лет все увереннее атакует оперный жанр, страстно желая возродить его былое значение. Это оперы (в концертном исполнении) Верди, Пуччини, Россини, Чайковского…

Но особое завоевание оркестра и его руководителя – это яркость и размах фестивального движения. Вот уже восемь раз звонкий, полный романтики международный фестиваль классической музыки буквально врывается в нашу музыкальную жизнь, представляя нам исполнителей новой волны, артистов экстракласса, которые пользуются мировой известностью. Инициаторы масштабного музыкального праздника – ярчайший виолончелист Александр Чаушян, живущий ныне в Великобритании, и руководство Филармонического оркестра.

…Когда-то, в самом начале работы с Филармоническим оркестром, Эдуард Топчян в беседе с обозревателем “ГА” заявил, что у оркестра отличный потенциал и он способен к стремительному росту. И это он доказывает на протяжении всех этих лет.

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 5.0/5 (1 vote cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0 (from 0 votes)

spacer

Финальные акценты фестиваля

November 11th, 2014
by
under Статьи на русском.
No Comments.

Последние концерты Ереванского международного музыкального фестиваля, ожидаемые с особым интересом, были омрачены отсутствием по объективным причинам двух известнейших музыкантов – скрипача Павла Верникова (Израиль) и флейтиста Массимо Мерчелли (Италия). Тем не менее, атмосфера сопереживания слушателей и исполнителей, акцентируемая оригинальностью интерпретации или попросту самой музыкой, восполнила изменения в программах.

Безусловно, ярким стало завершающее фестиваль выступление пианиста Симона Трпчески (Македония), национальная энергетика которого поновому высветила рельеф Первого фортепианного концерта Брамса. К этому вернемся позже, а сейчас – о предпоследнем дне фестиваля.

В его программе значились два двойных инструментальных концерта: для двух скрипок с оркестром Й.С. Баха, для скрипки, фортепиано и камерного оркестра Мендельсона-Бартольди (оба – ре минор) и Скрипичный концерт ре мажор Чайковского. Солировали скрипачи Сергей Крылов (Россия), Ануш Никогосян (Армения) и пианист Ваан Мартиросян (Франция). Незапланированной премьерой явилась пьеса для струнного оркестра “Lux aeterna” Ерванда Ерканяна, посвященная памяти недавно ушедшего выдающегося армянского ученого, академика Сена Аревшатяна. Инициатором премьеры явился художественный руководитель Филармонического оркестра Армении, заслуженный деятель искусств РА Эдуард Топчян.

Снискавший широкую известность скрипач-виртуоз С.Крылов принадлежит к числу артистически эпатажных музыкантов. Во всяком случае, его интерпретацию Скрипичного концерта Чайковского иначе не назовешь. Высокие темпы крайних частей, сопровождаемые усложнением штриховой техники, постоянные замедления и ускорения, неожиданные тембровые решения, переосмысление традиционной фразировки – все это было оригинальным, но не всегда убедительным. Более убедил его дуэт с А.Никогосян при исполнении Баха. Музыканты склонялись к распространенной в последние десятилетия необарочной манере с ее легким смычком и perpetuo moto, выявлявшим скорее дух витальности, чем экспрессии.

Иная графика – при интерпретации юношеского концерта Мендельсона, его в начале 1990-х гг. с дочерью исполнял Рубен Агаронян с возглавляемым им Камерным оркестром Армении. На сей раз среди солистов более привлекла А.Никогосян: ее выразительная музыкальная артикуляция и неподдельные романтические чувства в первых двух частях сообщили музыке Мендельсона разнообразие лирических переживаний – от сентиментальных до восторженных.

Насыщенная полифоническими канонами “Lux aeterna” (“Вечный свет” ) Е.Ерканяна по жанру может быть отнесена к элегии – трагической элегии, овеянной скорбью утраты. Классическое, но осовремененное по форме и средствам (начало альтовой группой ассоциируется с “Музыкой” для струнных, ударных и челесты Б.Бартока) новое сочинение ведущего армянского композитора наполнено чистотой устремленных к свету духовных помыслов, столь присущих просвещенному уму С.С.Аревшатяна.

Заключительный концерт получился праздничным и торжественным. Настроение сразу обеспечила ликующая “Праздничная увертюра” Шостаковича, сыгранная на одном дыхании, ставшая подготовкой к величественному Концерту N1 ре минор для фортепиано с оркестром Брамса.

Своеобразной интерлюдией между ними стал Концерт для гитары с оркестром (т.н. “Аранхуесский”) Хоакина Родриго, классика испанской музыки XX в. Солировал гитарист Фабио Занон (Бразилия), с первых же звуков подтвердивший свое артистическое реноме. Интеллигентность игры и мастерство солиста в содружестве с ФОА выявили мелодическую красоту и ритмическое богатство Концерта Родриго. Изысканная нюансировка и некоторая импровизационность Занона – не только в каденциях, но и в диалоге с гобоем (О.Папикян) в Adagio – сочетались с проникновением музыки в испанский характер, здесь скорее меланхолический, чем жгучий.

Исполнение Концерта Брамса надо признать одним из лучших достижений на данном фестивале. Развернутое оркестровое вступление в трактовке Топчяна приобрело желаемую импозантность стиля и внутренний драматизм, раскрывающийся на протяжений всей первой части. Гармонично поддерживая намерения солиста,
оркестр выявил немало индивидуальных моментов и в tutti, и в отдельных группах. Так, во второй части Концерта оркестровые светотени дифференцировали колористику, интересно получилось и просветление красок во время перехода от деревянных духовых инструментов к низким струнным.

Самобытно мыслящий, раскрепощенный в проявлении чувств Симон Трпчески в содержательный контекст музыки привносит черты своей национальности. Пианист использует яркий граненый звук, порой утрируя детали, пластику, эмоциональное дыхание, делая музыку натуралистически живой и этим привлекательной для слушателя. В третьей части Концерта Трпчески передал энергию мужественного танца македонцев. Музыка Брамса, прозвучавшая символом международной солидарности, как нельзя соответствовала Ереванскому музыкальному фестивалю.

СВЕТЛАНА САРКИСЯН, доктор искусствоведения

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 5.0/5 (1 vote cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0 (from 0 votes)

spacer

Александр Мельников. Особый музыкальный язык в поиске задумки композитора

October 19th, 2014
by
under Статьи на русском.
No Comments.

Виртуозный российский пианист, заслуженный артист России Александр Мельников выступил 17 октября в Концертном зале им. Арама Хачатуряна в Ереване.

Концерт Мельникова и известной немецкой альтистки Димут Поппен прошел в сопровождении Государственного филармонического оркестра Армении под руководством Эдуарда Топчяна в рамках Восьмого Ереванского международного музыкального фестиваля.

Мельников исполнил Концерт для фортепиано с оркестром № 5 Бетховена.

«Его игра отличается удивительными красками и воображением… Его пианиссимо поражают… Все – свидетельство рефлексии и мастерства. Но пианист не поучает, он смеется, мечтает, танцует, жалуется…».

Отзыв ведущего критика Frankfurter Allgemeine Zeitung об Александре Мельникове.

Информационная служба “Оракул” представляет эксклюзивное интервью с пианистом.

“Оракул” – Александр Маркович, Ваша игра отличается с одной стороны удивительной утонченностью и филигранностью, с другой – силой и эмоциональной мощью исполнения. Как Вам удается этого добиться?

А. Мельников - Никогда не мыслил о своей игре такими категориями, поскольку не уверен, что мне это удается. Стараюсь играть произведение так, как, мне кажется, его нужно играть и ни о чем не думаю.

Я себя так натренировал, потому что человек не должен думать сам про себя — это опасно.  Если начинаешь о себе много думать, то могут из-за этого возникнуть психологические проблемы. Я действительно стараюсь не задаваться таким вопросами, просто нужно работать.

“Оракул” – Вы известны своими необычными интерпретациями. Какой у Вас подход к интерпретации музыки?

А. Мельников — Это тоже трудно разграничить. Я всегда пытаюсь найти некий музыкальный язык, который, на мой взгляд, может быть ошибочно близок к тому, что композитор имел в виду, ведь мы не можем этого знать наверняка. Я пытаюсь понять это в плоскости музыкального идиоматического языка.

“Оракул” – Как происходит процесс открытия и понимания музыки? В каком состоянии для этого Вам нужно находиться?

А. Мельников – Происходит так: поиск и иногда нахождение.

Часто кажется, что никогда ничего не удается найти, довольно редко кажется, что что-то удалось. А состояние, при этом, зависит от миллионов факторов.

“Оракул” – Вы играете на старинных инструментах. Считаете ли, что старинная музыка должна исполняться именно на тех инструментах, для которых она изначально была написана? Как Вы видите решение проблем старинной музыки и современных инструментов?

А. Мельников – Об этом много спорят. Я, например, люблю играть на старинных инструментах, а кто-то не любит. Инструменты очень важны, но не только в них дело, например, не представляю игру на молоточковом фортепиано в большом зале. В каждом конкретном случае нужно решать этот вопрос индивидуально, но, в целом, я предпочитаю всегда играть на старых инструментах музыку 18-19 веков, потому что мне это нравится прежде всего эстетически. Кроме того, такие инструменты не дают уйти слишком далеко в сторону, как это допускают современные инструменты при исполнении старинной музыки.

Беседовала Лусинэ Даллакян

Александр Мельников родился в 1973 году в московской семье с глубокими музыкальными традициями. Начал играть на фортепиано в шесть лет, в семь лет дебютировал с концертом Баха в Большом филармоническом зале Минска. Мельников учился в Московской консерватории у Льва Наумова,  потом в Высшей музыкальной школе в Мюнхене у Элисо Вирсаладзе, стажировался у Андреаса Штайера. С 2002 года преподавал специальное фортепиано в Королевском музыкальном колледже в Манчестере (Великобритания).

Значительным импульсом к развитию его музыкальной карьеры послужило раннее знакомство со С. Рихтером, который впоследствии, когда Александр стал уже сложившимся артистом, регулярно приглашал его на свои фестивали в России («Декабрьские вечера» в Москве, в Тарусе) и Франции (в Туре).

С юных лет пианист ведет активную концертную деятельность. Он выступает в самых престижных концертных залах России, стран Европы, Азии и Америки: Куин Элизабет Холл, Вигмор Холл и Ройял Концерт Холл в Лондоне, «Консертгебау» в Амстердаме, в Лувре и залах театра «Шатле» и Театра де ля Виль в Париже, «Геркулес-зале» и зале филармонии в Мюнхене, «Альте опер» во Франкфурте, «Дворце музыки» в Барселоне, «Сантори-холле» в Токио, Венском Концертхаусе, зале Верди в Милане, Большом зале Московской консерватории и других.

Мельников работал с такими дирижёрами, как Юрий Башмет, Валерий Гергиев и Владимир Федосеев. Лауреат ряда международных конкурсов.

Известный своими необычными интерпретациями и своеобразным подходом к составлению программ, Мельников с первых лет своей карьеры обнаружил интерес к игре на старинных инструментах. Наибольшее влияние в этом направлении оказали на него Андреас Штайер и Алексей Любимов. Мельников регулярно играет с такими выдающимися ансамблями старинной музыки, как «Кончерто Кельн» и «Академия старинной музыки» в Берлине.

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0.0/5 (0 votes cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 0 (from 0 votes)

spacer

Альфа и омега музыки

October 17th, 2014
by
under Статьи на русском.
No Comments.

Украшением двух очередных концертов Ереванского международного музыкального фестиваля стало выступление пианиста Франсуа-Фредерика Ги (Франция). В его артистической деятельности, протекающей преимущественно в странах Европы, особое место занимает музыка Бетховена: в 2008 г. пианист исполнил, одновременно записывая (фирма Zig-Zag), все 32 фортепианные сонаты и 5 фортепианных концертов Бетховена.

Сочинения Бетховена, квалифицируемого Ги как “альфа и омега музыки”, были исполнены на обоих концертах. На камерном – Соната N3 для фортепиано и виолончели ля мажор, на симфоническом – Концерт N4 для фортепиано с оркестром соль мажор. Их интерпретации позволяют говорить о Ги как о сформировавшемся мастере, имеющем свой ключ к тайне искусства.

Одна из черт Ф.-Ф. Ги – неспешность мышления, иначе, отсутствие суетливости мысли, повышенных скоростей в пассажах, темпах, столь популярных в современном исполнительстве. Ги же заботит адекватность звукоизвлечения и стиля; оттого в Бетховене он слышит наследника и продолжателя классики – не модернизируя его, но и не делая музейным. Игра Ги приковывает внимание качеством звука: мягкий, хрустально-прозрачный, в некотором смысле “моцартовский”, он вместе с тем передает свойства традиции французских клавесинистов, в XX в. возрожденных у импрессионистов.

В этом плане показательна интерпретация крайних частей Сонаты Бетховена, в средних же инициатива принадлежала виолончелисту Александру Чаушяну (Великобритания), использовавшим – в целях контраста – легкий короткий смычок в скерцо и, наоборот, протяженный в Adagio contabile. Впрочем, медленная музыка – это только внешняя статика, внутри ее течет оживленная жизнь; вот что поведали слушателям исполнители Сонаты.

Интерпретация Концерта N4 Бетховена, где солист и оркестр, возглавляемый Эдуардом Топчяном, нашли общую эстетическую платформу, скорректировав и сферы звучания, углубила представление о многогранности искусства Ги. В нашей памяти останутся каденция первой части, осмысленная Ги как вариации на один аккорд, скорбность интонации в риторическом диалоге с оркестром во второй части.

Помимо произведений Бетховена, на камерном вечере французский пианист играл в ансамбле с армянскими музыкантами. В Фортепианном трио N1 си мажор Брамса его партнерами были Ануш Никогосян (скрипка) и Александр Чаушян (виолончель). Отражающая основное содержание масштабного произведения первая часть получилась удачнее всех. В исполнении последних трех частей ощущался недостаток ансамблевой проработки, в результате чего нить повествования периодически прерывалась.

Более гармоничным было исполнение Фортепианного квинтета ля мажор (“Форель”, так называется песня Шуберта, варьируемая в четвертой части). Музыканты в составе Ги, Никогосян, Яна Барян (альт), Чаушян, Карен Хачатрян (контрабас) играли Шуберта с большим подъемом чувств. Трепетная музыкальная атмосфера, во многом обеспеченная благодаря фонизму у фортепиано, была достигнута в первой части Аllegro vivace. А в медленной второй части, где соло виолончели в приглушенном звучании ансамбля привнесло тон одиночества, внимание привлекала тонкая работа композитора; не случайно эта пролонгация одного состояния, основанная на повторяемых мотивах, позволяет видеть в Шуберте одного из предтеч репетивной техники XX в.

Возможно, главное – когда исполнитель не заслоняет собой автора музыки. Чаушян вместе с камерным составом Филармонического оркестра Армении под руководством Топчяна не “заслонили” пятидесятилетнего Ваче Шарафяна, автора Виолончельной сюиты. Но о чем нам говорит эта четырехчастная сюита, воспринимаемая как вторичная музыка? Неостилевая ориентация автора, пассивно использующего клише то необарочной, то неоромантической музыки и при этом заигрывающего с “новой простотой”, вызывают ощущение некого декаданса.

Симфонический концерт завершала Пятая симфония ре минор Шостаковича, за исключением скерцо, исполненная очень хорошо. Оркестр перед выездом на гастроли в Австрию-Германию играл исправно, технически выкладываясь и сопереживая с гениальной музыкой Шостаковича. Крайние части симфонии – главные, как у Брамса, – прозвучали наиболее убедительно. Радовал чистый унисон струнных, исполненный в контексте той истовой боли за человека, которую в музыке обычно передавали немецкие композиторы. И Шостакович, будто ссылаясь на Четвертую симфонию Брамса (начиная с первой темы), создает в страшном 1937-ом свою великую эпопею о человеке, поныне остающейся и назиданием, и пророчеством.

СВЕТЛАНА САРКИСЯН, доктор искусствоведения

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 5.0/5 (1 vote cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: -1 (from 1 vote)

spacer